Владимир Сорокин. День опричника — Книжный Четверг
Владимир Сорокин. День опричника

Владимир Сорокин. День опричника «9» сентября 2006



Если на первый взгляд, то роман — совершеннейшая «Кысь». Сложи два романа и посмотри на свет — совпадут по форме и настроению с высокой степенью точности.

Можно, конечно, сделать вид, что ничего не понял, что все это глупости. Ну совпала форма, ну вольная фантазия писателя. Да только от картин, которые вырисовываются в книге отчего-то становится так нехорошо, что хочется упасть и по-пластунски отползать с территории Росии куда подальше. Толстая писала Кысь, переезжая с места на место, и с текущей действительностью российской знакомясь как бы со стороны. Сорокин написал свой роман здесь и сейчас, и от этого в целом ощущение такое, что болото российской государственности, а может не только государственности, но и ментальности окаменело много веков назад и меняться не будет никогда.

Сорокин к обрисовке такой не слишком жизнеутверждающей картины подошел обстоятельно, так что еще чуть-чуть и кажется можно будет действительно получить настоящий документ будущей эпохи. Не в последнюю очередь это происходит благодаря живому и вкусному языку, такому, что роман непременно растаскают на цитаты.

После выхода романа, кстати, уже не раз высказывалось мнение, что Сорокин снова «дразнит власть». Вопрос только в том какую — нынешнюю ли? Все, что есть в книге — и взяточничество исполнительной власти, поставленное на широкую ногу и получившее статус официальных доходов, и мелкая грызня разных ветвей власти, и безнравственность самих власть предержащих — все это так же применимо к нынешней власти, как и к опричнине Ивана Грозного. В этом и состоит вся не особо cложная скрытая метафора романа. И тут уже не важно, как развлекаются в своих палатах опричники — устраивают ли гомосексуальные оргии, нюхают ли кокаин, насилуют ли жен дворян, бывших вчера в фаворе, а нынче ставших «голыми». Важно то, что куда несется «Русь-тройка», как было непонятно, так и осталось непонятно.

«Сделал дело — молись смело.». Долго ли осталось молиться?